Бунтарь или безумец: что такое доктрина Трампа

Возможно, конец марта 2016-го года будет рассматриваться историками будущего как время, когда начали вырисовываться контуры внешнеполитической доктрины Дональда Трампа. Едва ли не впервые в интервью для изданий Washington Post и The New York Times наиболее вероятный на сегодняшний день претендент на номинацию от Республиканской партии попытался дать свое видение места Вашингтона в мировой политике в случае избрания президентом в ноябре 2016 года. Для типичного американца вопросы внешней политики находятся на периферии интересов. Согласно результатам опроса, проведенного Gallup Group в феврале 2016 года, только 3% респондентов считают вопросы внешней политики и международных отношений приоритетными. Однако, несмотря на это, приближение партийных съездов, а затем и выборов, требует от участников гонки детализировать свое видение внешней политики США.

Трамп, в отличие от Хиллари Клинтон как наиболее вероятного кандидата от Демократической партии – новичок в вопросах внешней политики. Бывший Государственный секретарь США четко дала понять, какую внешнюю политику будет проводить еще в мемуарах “Hard Choices” (2014). В этой книге Клинтон выступает как последовательный сторонник господствующего с 1945 года двухпартийного консенсуса по внешней политике США. Этот консенсус предполагает строительство и поддержание американоцентричного международного порядка. Это в свою очередь означает активную политику Вашингтона на международной арене по формированию формальных и неформальных коалиций для реализации такой повестки дня мировой политики, которая наиболее соответствует американским национальным интересам. В свою очередь Трамп в своих интервью выступает неким бунтарем не только в вопросах внутренней политики, но в сфере международных отношений.

Трамп считает, что США должны разрешить как Японии, так и республике Корея (РК) получить ядерное оружие. По его мнению, дело все равно дойдет до этого, ведь Вашингтон не оставит как Токио, так и Сеулу иного выбора, проводя политику несоответствующую нынешним вызовам со стороны КНДР и КНР. Кроме того, Трамп намекает о возможности вывода американских военных контингентов из РК и Японии – на сегодня там находятся 25 и 50 тысяч американских солдат. Фактически это и будет означать радикальный пересмотр всей системы американских альянсов в регионе, о чем также говорит республиканец. Логичность такого шага Трамп объясняет тем, что такие развитые и богатые постиндустриальные страны как Япония или РК финансово в состоянии самостоятельно нести все расходы, связанные с национальной безопасностью. На агрессивную политику со стороны КНР в Южно-Китайском море Трамп предлагает отвечать ограничительными мерами в двусторонней торговле. Кроме того, по его мнению, некоторая стратегическая неопределенность относительно возможной реакции Вашингтона помогла бы сдерживать Пекин от радикального изменения Status Quo в прибрежных морях Восточной Азии.

Саудовскую Аравию Трамп предлагает заставить перейти к активной внешней политике путем отказа покупать их нефть. Только прямое военное вовлечение Эр-Рияда в борьбу с Исламским государством или предоставления соответствующей финансовой компенсации может гарантировать королевству сохранение альянса с США. В противном случае страны Ближнего Востока продолжат бесплатно эксплуатировать американскую военную мощь, считает Трамп.

Миллиардер называет НАТО “экономически несправедливой по отношению к США” организацией. Скорее всего, он имеет в виду то, что, по разным подсчетам, расходы Вашингтона на оборону составляют 66-75% от общих военных расходов в Альянсе. Поэтому, по мнению Трампа, ответственность за безопасность в Европе должны нести большие европейские региональные государства, для которых агрессия РФ против Украины несет больше рисков, чем для США. С другой стороны, считает Трамп, необходимо создать определенный эквивалент НАТО в сфере борьбы с терроризмом.

Такая картина возможной внешней политики Белого Дома – радикальный отход от практики, сложившейся в течение последних 70 лет. Однако из этого нельзя сделать вывод, что Трамп является новатором в области внешней политики. В последние годы в США идут активные политологические дебаты на тему того, какой должна быть глобальная стратегия Вашингтона в современных реалиях мировой политики. Барри Поузен в книге “Restraint: A New Foundation for U.S. Grand Strategy” (2014) утверждает, что Япония, РК или Германия в состоянии полностью взять ответственность за свою безопасность и оборону. Тем самым США могли бы распустить существующую систему альянсов и союзных договоров в Европе, Восточной Азии и на Ближнем Востоке. При этом Япония или РК должны получить ядерное оружие вместо американского ядерного зонтика. Но еще больше размышления Трампа по внешней политике США напоминают идеи Иена Бреммера (президент конслантинговои компании Eurasia Group), которые тот изложил в книге “Superpower: Three Choices for America’s Role in the World” (2015). Книга анализирует три альтернативы для США в сфере международных отношений – “Независимая Америка”, “Геополитическая Америка” и “Незаменимая Америка”. При этом выбор Трампа – это “Независимая Америка”, когда Вашингтон отказывается от активной внешней политики, цель которой – качественные трансформации в мире. Вместо этого основное внимание сосредотачивается на политическом и экономическом возрождении США (Make America Great Again – один из лозунгов Трампа). При этом возрождению США будут способствовать ресурсы, сэкономленные на оборонных расходах и те, которые высвободятся после роспуска существующих союзов.

Однако то, что Трамп не является новатором в сфере международных отношений, не снимает другого важного вопроса – насколько успешной и эффективной будет внешнеполитическая стратегия, очерченная им в двух недавних интервью? Внешняя политика в стиле “America First”, как называет ее сам миллиардер, будет иметь фатальные последствия как для США (фактически стратегический суицид), так и мира в целом. Такая политика может поставить под угрозу существующий либеральный международный порядок, от которого экономически и политически, в первую очередь, получают наибольшие дивиденды именно США. Трудно представить нормальное функционирование мировой экономики без США, которые гарантируют не только свободу мореплавания в мире (через мировой океан проходит 90% объемов мировой торговли), но и порядок, безопасность в ключевых индустриальных и постиндустриальных центрах Евразии. 

При этом стоимость активной внешней политики далеко не такая большая, как пытается показать Трамп – сегодня расходы США на оборону составляют лишь 3,1% от ВВП и 14,3% от общего бюджета. Для сравнения – в период Холодной войны эти показатели колебались от 12% ВВП в период Корейской войны до 6% ВВП в период военной модернизации во время правления Рональда Рейгана. В соотношении с бюджетомоборонные расходы 1950-х и 1980-х составляли 57% и 26,8% соответственно. Поэтому на самом деле сокращение оборонных расходов не позволит сэкономить большие суммы денег для инвестирования в возрождение США.

Военное присутствие в регионе Персидского залива и союзные отношения с Эр-Риядом дают не только геостратегические преимущества, но и экономические. Статус доллара как главной резервной валюты подкрепляется не в последнюю очередь тем, что более 60% объемов всей мировой нефти торгуется именно в этой валюте. Готовность же Вашингтона гарантировать безопасность поставок нефти из Персидского залива является не последней причиной, почему нефтяные монархии для расчетов выбирают доллар.

Система альянсов США также предотвращает распространение ядерного оружия в мире, потому что снимает вопрос необходимости американским союзникам иметь собственный ядерный арсенал. Идея Трампа позволить получить ядерное оружие Японии и РК откроет ящик Пандоры в вопросе ядерного нераспространения. Это, в свою очередь, увеличит вероятность региональной ядерной войны с возможным перерастанием в мировую. Кроме того, стратегическая неопределенность как инструмент сдерживания потенциального агрессора – довольно противоречивый подход. Упомянутый Барри Поузен утверждает, что четко артикулированная внешнеполитическая стратегия позволяет продемонстрировать оппоненту всю серьезность намерений. В противном случае оппоненты могут захотеть проверить, на что готов пойти Вашингтон по тому или иному вопросу. В конечном итоге это увеличивает, а не уменьшает возможность прямого военного столкновения.

Украина в условиях Доктрины Трампа придется готовиться к радикальному пересмотру собственных внешнеполитических приоритетов. Об ориентации на интеграцию в НАТО не может быть в таком случае и речи – в мире Трампа нет места для эффективного Североатлантического альянса. В лучшем случае можно надеяться на формирование оси Балто-Черноморских стран для противодействия агрессии РФ. Однако больше всего озабоченности вызывает идея передать ответственность крупным странам ЕС за решение украинского-российской войны. Возможно потому, что мы уже видели какие последствия имеет аутсорсинг от США к ЕС политики коллективного Запада в отношении Украины в 2010-2013 годах. Также беспокойство возникает из-за того, каким образом Берлин и Париж готовы урегулировать конфликт между Украиной и РФ – фактически это происходит с помощью компромиссов за счет национальных интересов нашего государства. Поэтому доктрина Трампа означает еще больше рисков и опасностей для Украины. Так что, нравится она нам или нет, официальный Киев должен быть готов к любому развитию событий в Вашингтоне после ноября 2016 года.

Джерело – http://www.liga.net/opinion/276268_buntar-ili-bezumets-chto-takoe-doktrina-trampa.htm

Advertisements

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s